Кто на самом деле решает исход выборов в Израиле?

1. Краткое резюме

Исследование рассматривает вопрос: от какого сектора зависит исход выборов. В публичной дискуссии его задают так, будто у него есть один ответ, и почти всегда ответом служит название конкретного сектора — в зависимости от того, кого спрашивают. Исследование проверяет трех кандидатов по одним и тем же критериям: арабский сектор, ультраортодоксальный сектор и «мягких правых», то есть избирателей «Ликуда», переходящих к более умеренным правым партиям.

Шесть ключевых выводов

Слово «решающий» заключает в себе три разных значения, и на каждое — свой ответ. Кто арифметически необходим для 61 мандата? Кто сильнее всех колеблется от выборов к выборам? И кто действительно меняет свое мнение? Это три разных сектора, и их смешение — источник путаницы в дискуссии.

Арабский сектор наиболее изменчив по явке, но эти колебания почти не сдвигают баланс между блоками. Явка колебалась от 44,6% в 2021 году до 64,8% в 2020 году – беспрецедентный диапазон в двадцать пунктов. Однако те, кто уходит от арабских партий, делятся почти поровну между правыми и левыми, поэтому эта миграция почти не меняет соотношение блоков.¹

Ультраортодоксальный сектор статичен, а не изменчив. За пять последних избирательных кампаний он колебался лишь между 16 и 18 мандатами, а на выборах 2022 года 97% его избирателей проголосовали за партии коалиционного лагеря.² Он необходим для любого правого большинства, но, поскольку он почти не меняется, он не является переменной, объясняющей изменение результата.

«Мягкие правые» – единственный сектор, где избирателей действительно можно переубедить, но и он почти не пересекает границы блоков. 42 процента избирателей «Ликуда» 2022 года рассматривают возможность или уже решили голосовать иначе — доля, в несколько раз превышающая показатель любого другого сектора.³ Но когда в августе 2026 года на арену вышла партия «Амха Исраэль» Офера Винтера, опросы давали ей от четырех до восьми мандатов, а суммарный результат блока Нетаниягу с ее учетом у каждого института оставался в пределах от минус трех до плюс двух по сравнению с предыдущим опросом того же института. Ее мандаты почти целиком пришли изнутри блока.

На деле исход решает не сектор, а механизм. На выборах 2022 года блоки разделяли около 30 тысяч голосов — меньше одного мандата, а результат оказался 64 против 56. Объяснение не демографическое: блок Нетаниягу шел четырьмя списками с полным набором соглашений об излишках голосов, а противостоящий блок — восемью списками всего с двумя соглашениями, и почти 9% голосов не преодолели избирательный порог.⁴

Резня 7 октября не забыта, но она уже не заставляет людей переходить из лагеря в лагерь. Поддержка создания государственной следственной комиссии снизилась с 67% в июле 2024 года до 55% в декабре 2025-го, но среди правых она обрушилась с 57% в январе 2025 года до 36% в декабре 2025-го.⁵ В октябре 2023 года 69% избирателей самого «Ликуда» считали, что Нетаниягу должен взять на себя публичную ответственность. Полтора года спустя лишь 25,5% правых поддерживали его немедленную отставку. Требование не исчезло — оно распределилось по блокам.

2. Вопрос исследования и методика

2.1 Что исследование делает и чего не делает

Исследование описывает, что говорят данные о том, кто решает исход выборов в Израиле. Оно не выражает позиции в отношении какого-либо сектора, не рекомендует ни одной партии, как ей действовать, и не оценивает, уместно ли то или иное политическое сотрудничество. Все приведенные в нем данные общедоступны.

Исследование также не предсказывает результаты выборов в октябре 2026 года. Оно выявляет переменные, к которым чувствителен результат, и показывает, в каком состоянии они находятся сегодня.

2.2 Заранее установленные критерии

Каждый из трех секторов проверяется по одним и тем же четырем критериям. Вывод — в главе 7.

А. Арифметическая необходимость. Необходимы ли мандаты сектора для достижения 61 — и в скольких сценариях.

Б. Колебания. Насколько меняется вклад сектора в мандатах от одних выборов к другим. Колебания только в числе голосов не учитываются, поскольку их может поглотить рост населения.

В. Убеждение. Действительно ли избиратели сектора меняют партию и, что важнее, пересекают ли они границу между блоками или перемещаются только внутри своего блока.

Г. Конвертация во власть. Превращаются ли мандаты сектора в возможность сформировать правительство, или же их заранее блокируют другие игроки.

2.3 Три ограничения

Корреляция не означает причинно-следственной связи. В каждой избирательной кампании параллельно действовали экономические факторы, факторы безопасности и личностные факторы. Работа выявляет закономерности, а не изолированные причинно-следственные механизмы.

Показатели явки по секторам не являются полным измерением. То, что в профессиональных источниках называют «явкой в арабском обществе», — это явка в арабских и друзских населенных пунктах; она не включает арабских избирателей в смешанных городах, таких как Хайфа, Яффо, Лод, Рамле и Акко. Этот ряд данных внутренне последователен, но не является общенациональной явкой арабских граждан. Явка ультраортодоксов по отдельным выборам вообще не публикуется, поэтому здесь она измеряется в голосах, а не в процентах.

Опросы расходятся между собой. В конце августа 2026 года один институт давал «Ликуду» 26 мандатов, а блоку Нетаниягу вместе с Винтером — 59, тогда как двумя днями ранее другой институт давал «Ликуду» 22, а блоку Нетаниягу — 50, без Винтера. Исследование приводит диапазоны, а не точечные значения.

3. Три разных значения слова «решающий»

В публичной дискуссии слово «решающий» употребляется так, будто у него одно значение. На деле их три, и они указывают на разные секторы.

3.1 Кто необходим, чтобы набрать 61

Первое значение — самое простое. В коалиции из 61 мандата любой партнер, без которого нет большинства, является необходимым. Этот критерий выявляет крупные и сплоченные секторы и совершенно нечувствителен к тому, меняется сектор или нет. Сектор может быть абсолютно необходимым и одновременно абсолютно неизменным.

3.2 Кто колеблется сильнее всего

Второе значение — изменчивость. Сектор, вклад которого скачет от выборов к выборам, объясняет большую долю разброса результатов, чем стабильный сектор. Здесь важно различать колебания в голосах и колебания в мандатах: растущий сектор может прибавить десятки тысяч голосов и остаться с тем же числом мандатов, потому что растет и общее число избирателей.

3.3 Кто меняет мнение

Третье значение обсуждают реже всего, а оно важнее всех. Избиратель, оставшийся дома, — это не избиратель, сменивший предпочтения. И то и другое влияет на результат, но управляются они совершенно разными инструментами и реагируют на разные факторы. Сектор, вся изменчивость которого сводится к колебаниям участия, реагирует на ощущение действенности голоса, на конфигурацию списка и на то, какие партии баллотируются. Сектор, изменчивость которого — это изменчивость убеждений, реагирует на события, кандидатов и кампанию.

4. Арабский сектор

4.1 Самая высокая волатильность в системе

Явка в арабских населенных пунктах на шести последних выборах: 63,5% в 2015 году, 49,2% в апреле 2019 года, 59,2% в сентябре 2019 года, 64,8% в 2020 году, 44,6% в 2021 году и 53,2% в 2022 году.⁶ Разброс составляет двадцать процентных пунктов, а самый резкий переход — падение на 20,2 пункта за двенадцать месяцев между 2020 и 2021 годами. В тех же избирательных кампаниях общенациональная явка колебалась между 67,4 и 72,3 процента — разброс всего в пять пунктов.

Явка в арабском обществе колеблется в три-пять раз сильнее, чем общенациональная. Именно этот факт стоит за ощущением, что этот сектор решает исход выборов, и факт этот верен.

4.2 Но перетекание голосов почти не меняет баланс между блоками

Доля арабских голосов, отданных еврейским партиям, на протяжении этого периода колебалась в широком диапазоне: 17% в 2015 году, 28,4% в апреле 2019-го, около 20% в сентябре 2019-го, около 8% в 2020-м, около 19,8% в 2021-м и около 14,2% в 2022-м.⁷ Доля голосов, переходящих к еврейским партиям, колеблется от 8 до 28,4 процента. Пик пришелся на апрель 2019 года: тогда «а-Решима а-Мешутефет» («Объединенный список») раскололась, а явка упала до 49,2 процента. И главное: этот переток не дает перекоса в пользу какого-либо блока. На выборах 2021 года он составил около двух мандатов — чуть больше одного мандата правым и чуть меньше одного мандата центру и левым.

Вывод, который следует из данных: колебания в арабском секторе — это большие колебания явки, а наряду с ними есть и компонент переубеждения, который тоже сдвигается, но почти полностью взаимно уравновешивается между блоками. Недовольные остаются дома, а те, кто меняет партию, почти не влияют на баланс.

4.3 Число мандатов определяет конфигурация списка

Источники: результаты Центральной избирательной комиссии; аналитические работы Рудницкого в Израильском институте демократии. Полный перечень — в главе 12.

Закономерность четкая и повторяется трижды: когда список объединен, результат — 13, 13 и 15 мандатов, а когда он расколот — 10, 10 и 10. Израильский институт демократии рассматривал этот вопрос напрямую и привел те же цифры. Из них следует, что решение об объединении стоит от трех до пяти мандатов, — это расчет Polimeter на основе данных института.⁸ Необходимая оговорка: объединение списков и явка движутся вместе, поэтому часть эффекта от объединения действует через участие в голосовании, а не только через механику электорального барьера. То же исследование показывает, что объединение не всегда окупается, и приводит союз «Ликуда» и «Исраэль Бейтейну» в 2013 году как пример объединения, потерявшего мандаты.

4.4 БАЛАД в 2022 году: случай, иллюстрирующий механизм

На выборах 2022 года было подано 4 764 742 действительных голоса, а электоральный барьер в 3,25% составлял 154 855 голосов. БАЛАД получила 138 617 голосов (2,909%), ей не хватило 16 238 голосов. МЕРЕЦ получил 150 793 голоса, и ему не хватило 4 062.⁹ В общей сложности пропало 289 410 голосов — около восьми мандатов.

4.5 Мандаты — не то же самое, что влияние

Даже когда мандаты есть, их конвертация во власть не гарантирована. 71% еврейских избирателей относятся сдержанно или отрицательно к сотрудничеству с арабскими партиями.¹⁰ Живой пример тому появился в декабре 2025 года: когда Гади Айзенкот допустил возможность сионистского правительства из 58 депутатов Кнессета, опирающегося на внешнюю поддержку арабских партий, Бени Ганц отверг это, аргументируя тем, что это «Это было нереалистично тогда, и это еще менее реалистично после 7 октября», и призвал к созданию широкого сионистского правительства из 70 депутатов Кнессета.¹¹

С другой стороны, прецедент РААМ 2021 года показывает, что политический барьер не абсолютен. Мансур Аббас ввел свою партию в коалицию Беннета и Лапида 2 июня 2021 года и добился обязательств на сумму около 53 миллиардов шекелей и легализации трех бедуинских поселков. Избиратель его не наказал: в 2022 году РААМ выросла со 167 064 до 194 047 голосов и с четырех мандатов до пяти.¹² А исследование Центра Моше Даяна от июня 2025 года показало, что 73% арабской общественности поддерживают участие арабской партии в следующем правительстве.¹³

4.6 Выборы 2022 года: случай, опровергающий гипотезу

Самая сильная проверка гипотезы о решающей роли арабского сектора состоялась на выборах 2022 года — и гипотеза ее не прошла. Арабские партии увеличили число своих голосов на 35 процентов по сравнению с 2021 годом, явка выросла на 8,6 пункта, а результат остался прежним — десять мандатов. На тех же выборах блок Нетаниягу победил со счетом 64 против 56.¹⁴ Успешная массовая мобилизация в арабском секторе действительно имела место — и результата она не изменила.

5. Ультраортодоксальный сектор

5.1 Абсолютно необходим и почти неподвижен

Источник: страницы партий на сайте Израильского института демократии. Все строки результатов проверены на соответствие требованию, чтобы общее число мандатов в Кнессете составляло 120.

За пять последних избирательных кампаний ультраортодоксальный блок колебался между 16 и 18 мандатами. С 2019 по 2021 год он четыре раза подряд получал 16. Для сравнения: один только «Ликуд» в тот же период колебался между 30 и 36.

В голосах картина выглядит более изменчивой. Блок вырос с 564 399 голосов в 2021 году до 673 158 в 2022-м — скачок на 19,3%.¹⁵ Но эта прибавка почти полностью растворилась в общем росте числа избирателей и принесла всего два мандата, поэтому критерий волатильности измеряется здесь в мандатах, а не в голосах.

5.2 Сектор, который почти не меняет лагерь

На выборах 2022 года 97% харедим проголосовали за партии коалиционного лагеря: 58% — за «Яадут а-Тора», 28% — за ШАС, 7% — за «а-Ционут а-Датит» и «Оцма Йегудит» и 4% — за «Ликуд».¹⁶ Даже существующая миграция избирателей идет вправо внутри блока, а не за его пределы.

Самое яркое наблюдение на этот счет дали праймериз «Ликуда» 17 августа 2026 года. Явка ультраортодоксальных членов «Ликуда» в Бейт-Шемеше и Иерусалиме была особенно высокой. Член ЦК «Ликуда» Эли Зилька рассказал, что напрямую спросил их, проголосуют ли они за «Ликуд» на выборах, и ответ был «Нет, мы голосуем за „Яадут а-Тора“ или ШАС, но мы хотим прийти и влиять».¹⁷ Участие во внутренней политике «Ликуда» не превращается в голос на избирательном участке.

5.3 Кризис вокруг призыва не сломал дисциплину

Период с 2023 по 2026 год подверг эту дисциплину беспрецедентному испытанию. В июне 2024 года Верховный суд единогласно постановил, что отсутствие мер по обеспечению призыва незаконно и что финансирование ешив для учащихся, подлежащих службе, следует прекратить. В ноябре 2025 года расширенный состав суда предписал в течение 45 дней ввести эффективную политику обеспечения призыва, а в апреле 2026-го были утверждены широкие экономические санкции.¹⁸

В июле 2025 года обе ультраортодоксальные партии вышли из коалиции из-за закона о призыве, а летом 2026 года Кнессет завершил полную каденцию и самораспустился 17 июля в преддверии установленного законом срока — после того как Нетаниягу достиг договоренностей с ультраортодоксальными партиями.¹⁹ И все же: они вышли из правительства, но не из блока. Они не голосовали за то, чтобы поставить у власти альтернативного премьер-министра, и все опросы 2026 года по-прежнему относят их к блоку Нетаниягу. Две новые ультраортодоксальные партии, бросающие вызов позиции по призыву, — «а-Цибур а-Хареди» и «Маим Хаим» — получают в опросах результаты намного ниже электорального барьера.²⁰

Вывод таков: ультраортодоксальный сектор полностью соответствует критерию необходимости, но не проходит по критериям изменчивости и убеждения. Это фундамент, на котором стоит блок Нетаниягу, а фундамент не объясняет перемен.

6. «Мягкие правые»

6.1 Избиратели «Ликуда» — самые мобильные

Опрос Мано Гевы, опубликованный 9 мая 2026 года, показал, что 58% избирателей «Ликуда» 2022 года проголосуют за него снова, а 42% рассматривают другой вариант или уже решили голосовать иначе. Направления: 10% — «Бэяхад», 6% — «Яшар!», 4% — «Исраэль Бейтейну», 3% — «Оцма Йегудит», 2% — «а-Милуимниким», по 1% — «Кахоль Лаван» и «а-Ционут а-Датит». 8% еще не определились, а 6% голосовать не будут.²¹

Для сравнения: среди ультраортодоксов доля голосующих за пределами своего лагеря составляет три процента. Избиратели «Ликуда» переходят между блоками в несколько раз чаще.

6.2 Сам «Ликуд» колеблется сильнее, чем весь ультраортодоксальный блок

«Ликуд» получал от 27 мандатов в 2009 году до 36 в 2020-м, а в пяти последних избирательных кампаниях — от 30 до 36. В опросах августа 2026 года большинство институтов дают ему от 19 до 24 мандатов, а Direct Polls и 14-й канал — от 26 до 32. У большинства институтов это падение на 8–13 мандатов по сравнению с результатом 2022 года — 32 мандата. Одно только это падение сопоставимо со всем диапазоном колебаний ультраортодоксального блока с 1996 года — от 13 до 22 мандатов.

6.3 Но они перемещаются внутри своего блока

Именно здесь обнаруживается факт, ослабляющий гипотезу о том, что исход решает «мягкий правый» электорат. Партия Амха Исраэль Офера Винтера была запущена 25 августа 2026 года и в конце августа получала в опросах от четырех до восьми мандатов. Однако суммарный результат блока Нетаниягу с учетом Амха Исраэль у каждого института почти не изменился по сравнению с предыдущим опросом того же института: «Лазар» для «Маарив» — 49 против 49, «Зман Исраэль» — 51 против 51, «Кантар» для «Кан» — 50 против 52, «Директ Полс» — 58 против 59, «Маагар Мохот» — 51 против 53, «Фильбер» для 14-го канала — 62 против 63, «Мидгам» для 13-го канала, давший партии ноль, — 51 против 48. Колебания от минус трех до плюс двух. Мандаты Амха Исраэль почти целиком пришли изнутри блока.²²

Та же картина повторяется с партией «Яшар!» Гади Айзенкота — главной историей кампании. Ей дают от 23 до 26 мандатов, но лишь шесть процентов избирателей «Ликуда» 2022 года называют ее своим выбором — меньше, чем называют «Бэяхад». Опрос «Лазар» конца июля 2026 года показал, что она растет в основном за счет блока Беннета, а журналистские обзоры связывают ее поддержку с избирателями, которые голосовали за Беннета и сочли его слишком умеренным.²³

7. Кто соответствует каждому критерию

Источники: Институт демократии Израиля, аналитические работы Рудницкого и Финкельштейна; опрос Мано Гевы от 09.05.2026; опросы августа 2026 года. Полный перечень — в главе 12.

Таблица показывает, что ни один сектор не соответствует всем четырем критериям, и каждый спотыкается на своем. Арабский сектор не проходит по критериям убеждения и конвертации в силу. Ультраортодоксальный сектор — по изменчивости и убеждению. Умеренно правые соответствуют трем критериям, но не проходят самый важный из них — убеждение, пересекающее границу между блоками.

8. Механизм, который решает на деле

8.1 Что произошло на выборах 2022 года

Наиболее авторитетный анализ выборов 2022 года представил профессор Офер Кениг. Его выводы: разрыв между двумя блоками составил всего около 30 тысяч голосов — меньше одного мандата, а по его словам, «Выборы закончились вничью». Из этой ничьей вышел результат 64 против 56.²⁴

Объяснение, которое он дает, носит не демографический, а организационный характер. Блок Нетаниягу шел четырьмя списками, и все они заключили соглашения об излишках голосов. Противоположный блок шел восемью списками всего с двумя такими соглашениями. Почти девять процентов всех голосов не преодолели электоральный барьер, из них около 289 тысяч приходились только на МЕРЕЦ и БАЛАД.

8.2 Почему это выглядит как секторальная история

Три факта объясняют, почему публика воспринимает этот механизм как секторальный вопрос. Во-первых, его главной жертвой в 2022 году стал арабский список. Во-вторых, решение о конфигурации списков в арабском секторе самое драматичное, поскольку речь идет о диапазоне от одного списка до трех. В-третьих, арабская явка колеблется в пределах двадцати пунктов и потому бросается в глаза. Все три факта верны, но ни один из них не делает сектор причиной. Они делают его местом, где причина видна отчетливее всего.

8.3 То же самое происходит снова сейчас

Кампания 2026 года демонстрирует ту же структуру. 28 августа 2026 года Итамар Бен-Гвир отверг требование Нетаниягу объединиться с Бецалелем Смотричем в следующей формулировке: «Окончательно и бесповоротно: не будет ни переговоров, ни встреч, ни обсуждений», а «Ликуд» обвинил его в том, что он «сжег» десятки тысяч голосов правого лагеря.²⁵ Тремя днями ранее сам Нетаниягу призвал избирателей не тратить голоса на малые партии, которые могут не преодолеть электоральный барьер.²⁶

На другом фланге политической карты был сделан обратный ход. 19 августа 2026 года ХАДАШ, ТААЛ и БАЛАД подписали соглашение о совместном участии в выборах и воссоздали «а-Решима а-Мешутефет» («Объединенный список») — без РААМ, который идет отдельно.²⁷ В опросах, проведенных после объединения, арабские партии получали от 9 до 15 мандатов против 9–13 до него.

А в среднем показателе Polimeter на конец августа 2026 года четыре списка получают ноль мандатов, а «а-Ционут а-Датит» — в среднем 3,4 мандата, то есть ниже минимума в четыре мандата, который задает электоральный барьер. Решения, которые будут приняты до закрытия подачи списков 8 сентября, стоят больше, чем все, что произойдет в ходе кампании в октябре.

9. Продолжает ли резня 7 октября влиять на голоса

Эта глава написана как проверка, а не как допущение. Заранее было определено, что будет считаться доказательством того, что событие по-прежнему сдвигает голоса, а что — доказательством того, что оно превратилось в вопрос, на который каждый лагерь отвечает по-своему.

9.1 Доказательства того, что она все еще влияет на избирателей

Во-первых, это наиболее часто называемая причина ухода от «Ликуда». Из 42% избирателей «Ликуда» 2022 года, которые рассматривают возможность проголосовать иначе, 37% назвали провал в предотвращении 7 октября, тогда как 23% указали на закон о призыве.²⁸ Во-вторых, в опросе 12-го канала от 28 июля 2026 года почти 30% тех, кто намеревался проголосовать иначе, чем в прошлый раз, заявили, что на их позицию повлияло 7 октября.²⁹ В-третьих, вопрос о комиссии по расследованию остается открытым: по состоянию на 22 июля 2026 года государственная следственная комиссия не создана, а правительство просило БАГАЦ не выносить решение по этому вопросу до выборов.³⁰

9.2 Доказательства того, что она больше не перемещает голоса между лагерями

Самая сильная проверка — стабильность блоков. В недели после 7 октября 2023 года блок Нетаниягу обрушился в опросах до 41–45 мандатов, примерно на двадцать мандатов ниже результата 2022 года. К августу 2024 года он уже вернулся к примерно 53, а с декабря 2025 года и по сей день — если не считать два нетипичных института, Direct Polls и 14-й канал, — держится в диапазоне 48–53 против 55–61 у оппозиции, на протяжении девяти месяцев и по данным пяти разных социологических служб.³¹ Карта блоков августа 2026 года похожа на карту блоков лета 2023 года — до того события.

Второе доказательство объясняет механизм. Поддержка создания государственной следственной комиссии составляла 67% в июле 2024 года, снизилась до 64,5% в январе 2025-го и до 55% в декабре 2025-го. Но среди правых за те же одиннадцать месяцев она обрушилась с 57% до 36%, а среди избирателей «Ликуда» составляет 36,5% против 36%, предпочитающих правительственную комиссию.³²

Та же закономерность повторяется и в вопросе личной ответственности. 18–19 октября 2023 года 80 процентов опрошенных считали, что Нетаниягу должен взять на себя публичную ответственность, в том числе 69 процентов избирателей самого «Ликуда».³³ В феврале 2025 года его немедленную отставку поддерживали 83,5% левых, 69% центристов и лишь 25,5% правых.³⁴ Оценка никуда не исчезла, но исчез ее характер, выходивший за рамки блоков.

Третье доказательство — то, что не привело к падению правительства. Кнессет отработал полную каденцию и был распущен 17 июля 2026 года в преддверии установленного законом срока, после того как Нетаниягу достиг договоренностей с ультраортодоксальными партиями, — а не на фоне 7 октября. Даже дату выборов выбрали так, чтобы отдалить ее от годовщины: 6 и 13 октября были отклонены, в том числе потому, что нельзя вести кампанию в тени годовщины.³⁵

9.3 Что следует из двух списков вместе

10. Что все это означает для выборов 27 октября 2026 года

10.1 Текущая ситуация

Среднее Polimeter по замерам с полевым этапом начиная с 19 августа 2026 года. Список «а-Решима а-Мешутефет» измерялся лишь в девяти замерах, поскольку соглашение об объединении подписано 19 августа. Партия «Амха Исраэль» исключена, так как измерялась менее чем в пятнадцати замерах под двумя разными названиями. В таблице нет сумм по блокам, поскольку арабские списки измерялись в разных конфигурациях и не сводятся к единому среднему.

10.2 Три фактора, которые определят результат

Списки, находящиеся на грани электорального барьера. «А-Ционут а-Датит» получает в среднем 3,4 мандата — ниже минимального порога в четыре. Отказ Бен-Гвира от объединения со Смотричем, озвученный 28 августа, оставляет вопрос открытым. Еще четыре списка получают ноль. Каждый список, не прошедший электоральный барьер, сжигает примерно 130–150 тысяч голосов своего блока, то есть три-четыре мандата.

Конфигурация арабских списков. Объединение ХАДАШ, ТААЛ и БАЛАД 19 августа расширило диапазон оценок этого сектора с девяти–тринадцати мандатов до девяти–пятнадцати. Если объединенный список не будет фактически подан до 8 сентября или если РААМ ослабнет, картина изменится на три–пять мандатов.

Вопрос конвертации во влияние. Во всех опросах конца августа, кроме опросов 14-го канала, ни один сионистский блок не набирает 61 мандата без арабских партий. Отсюда следует, что практический вопрос не в том, сколько мандатов получит арабский сектор, а в том, согласится ли кто-нибудь их засчитать, — и ответ на него определяют другие игроки.

10.3 Чего этот вывод не означает

Исследование не утверждает, что арабский сектор неважен. Оно утверждает, что его значимость действует через иной механизм, чем принято считать: не через убеждение избирателей в ходе кампании, а через структурные решения, принимаемые еще до того, как кампания вообще начинается. И это в равной мере верно для правого блока, где один отказ объединиться может стоить трех-четырех мандатов.

11. Выводы исследования

Слово «решающий» заключает в себе три значения, и на каждое — свой ответ. Кто необходим для 61 мандата? Кто сильнее всех колеблется? И кто меняет мнение? Общественная дискуссия смешивает эти вопросы и потому приходит к противоречивым ответам с трех сторон.

Арабский сектор наиболее изменчив по явке — с большим отрывом. Диапазон в двадцать процентных пунктов явки против пяти пунктов по стране в целом. Гипотеза о том, что это самый подвижный сектор, верна в отношении участия в голосовании; в мандатах же, по критерию Б, один только «Ликуд» колеблется сильнее.

Но его колебания почти не меняют баланс между блоками. Явка колеблется в пределах двадцати пунктов, и доля переходящих к еврейским партиям тоже варьируется в широком диапазоне – от 8% до 28,4%, но она делится между блоками почти поровну. Недовольные остаются дома, а те, кто меняет партию, почти не сдвигают баланс между блоками.

Ультраортодоксальный сектор статичен, а не изменчив. От 16 до 18 мандатов в пяти избирательных кампаниях подряд и 97 процентов голосов за один лагерь. Абсолютно необходим и почти полностью стабилен, а потому не объясняет перемен.

«Мягкие правые» – единственный сектор, где избирателей действительно можно переубедить, но и он остается внутри блока. 42 процента избирателей «Ликуда» колеблются, но когда в августе 2026 года появилась новая партия, ей замеряли от четырех до восьми мандатов, почти целиком взятых внутри блока, а суммы блоков сдвинулись на ноль–три мандата.

Ни один сектор не соответствует всем четырем критериям. Каждый из них не проходит по своему критерию. А если ни один сектор не соответствует всем критериям, но исход выборов тем не менее решается, то решающий фактор — не сектор.

Решают избирательный порог и соглашения об излишках голосов. На выборах 2022 года блоки разделяли около 30 тысяч голосов, а результат оказался 64 против 56, поскольку один блок шел четырьмя списками с полным набором соглашений об излишках голосов, а второй — восемью списками с двумя соглашениями, и почти 9% голосов ушли под барьер.

Арабский сектор — главная жертва механизма, а не его причина. БАЛАДу не хватило до барьера 16 238 голосов — около половины общенационального разрыва между блоками, а 138 617 голосов пропали. Именно там механизм бьет сильнее всего, поэтому это и выглядит как секторальная история.

Выборы 2022 года — контрпример к секторальной гипотезе. Арабские партии увеличили число своих голосов на 35%, остались с десятью мандатами — и проиграли. Успешная мобилизация состоялась, но ее оказалось недостаточно.

Резня 7 октября не отошла на второй план, но она уже не перемещает избирателей между лагерями. Поддержка следственной комиссии в целом снизилась с 67% до 55%, но среди правых — с 57% в январе 2025 года до 36% в декабре 2025-го. В 2024 году это было требование, объединявшее лагеря. В 2026-м позицию человека по этому вопросу можно угадать по его лагерю.

Решения, принятые в сентябре, весят больше, чем кампания октября. «А-Ционут а-Датит» не проходит барьер по опросам, еще четыре списка на нуле, а соглашение об объединении арабских списков подписано 19 августа, но пока не подано. Именно от этих переменных зависит результат.

12. Список источников

Источники сгруппированы по типу. Точные ссылки на каждое утверждение приведены в сносках по всему документу.

Исследования и институциональный анализ

Кениг, Офер, «Анализ результатов выборов в Кнессет 25-го созыва», Израильский институт демократии, 07.11.2022.

Рудницкий, Арик, серия анализов голосования в арабском обществе, Израильский институт демократии: 04.02.2019, 23.09.2019, 10.03.2020, 27.04.2021 и 25.12.2022; а также исследование по вопросам политики № 148, «Участие арабских граждан в выборах в Кнессет», март 2020 года.

Финкельштейн, Ариэль, анализ голосования по религиозной самоидентификации, Израильский институт демократии: март 2021 года (опубликован 04.08.2022, 21 опрос, 11 577 респондентов) и выборы 2022 года (опубликован 28.06.2026, 20 опросов, 10 694 респондента).

Шапира, Асаф и Рахат, Гидеон, «Участие в выборах объединенными списками: кому это выгодно?», Израильский институт демократии, 27.04.2026.

Йоханани, Лиор, «Анализ тенденций голосования в Израиле: итоги 2024 года», Израильский институт демократии, 17.02.2025.

Даган Надав, Коэн Амихай, Фукс Амир, «Призыв учащихся ешив и назревающий конституционный кризис», Израильский институт демократии, 21.01.2026; Плеснер Йоханан, Малах Гилад, о судебном решении об экономических санкциях, 28.04.2026.

Индекс «Израильский голос», Израильский институт демократии: октябрь 2023, февраль 2025, декабрь 2025, январь 2026 и июль 2026 года.

Страницы партий на сайте Израильского института демократии: «Ликуд», ШАС и «Яадут а-Тора».

Центр Моше Даяна, Тель-Авивский университет, программа еврейско-арабского сотрудничества имени Конрада Аденауэра, опрос июня 2025 года, опубликован 06.07.2025.

INSS Insight No. 1661, «Арабское общество в Израиле и выборы в Кнессет 25-го созыва», 20.11.2022; а также опрос по национальной безопасности, июнь 2026.

Индекс израильского общества JPPI, май 2026 года, полевой этап с 30.04 по 04.05.2026, 749 респондентов.

Результаты выборов и официальные документы

Центральная избирательная комиссия по выборам в Кнессет: результаты выборов в Кнессет 20-го (2015), 21-го (апрель 2019), 22-го (сентябрь 2019), 23-го (2020), 24-го (2021) и 25-го (2022) созывов.

«Закон о выборах в Кнессет [сводная редакция], 5729–1969» и поправка об электоральном барьере в рамках «Закона об управляемости», март 2014 года.

Решение председателя Центральной избирательной комиссии о дате выборов в Кнессет 26-го созыва и официальный график подачи списков. Подача завершилась 8 сентября 2026 года.

Решения Верховного суда по вопросу призыва учащихся ешив, июнь 2024 года и ноябрь 2025 года.

Опросы

Среднее Polimeter по замерам с полевым этапом начиная с 19 августа 2026 года. Институты и публикующие организации: «Кантар» для «Кан 11»; «Мидгам» и «Мидгам R&C» для 12-го и 13-го каналов; «Лазар» для «Маарив» и Walla; «Директ Полс» для i24NEWS; «Маагар Мохот» для 16-го канала; «Фильбер» для 14-го канала; Йоси Татика для «Зман Исраэль». Права на исходные данные принадлежат институтам и публикующим организациям.

Опрос Мано Гевы для 12-го канала, опубликован 09.05.2026. [единственный источник]

Опрос 12-го канала, 28.07.2026; опрос института «Мидгам» для 12-го канала, 14.07.2026, выборка 509 респондентов.

Опрос Direct Polls для i24NEWS, 26.08.2026, выборка 532 респондента; опрос «Зман Исраэль», 27.08.2026; опрос «Лазар» для «Маарив», конец июля 2026 года.

Опрос «Лазар» и Panel4All, 18–19.10.2023, выборка 510 респондентов.

Публикации в прессе

Davies, Simon and Hantman, Joshua, «How Netanyahu and his allies won by a knockout: The data», Times of Israel, 07.11.2022; и «Arab turnout may hold the key to election», 11.09.2022.

Times of Israel: «Arab Israeli Ra'am party makes history», 02.06.2021; «Eisenkot takes heat for implying Zionist opposition bloc may partner with Arab parties», 14.12.2025; «Poll: 42% of Likud voters weighing or have decided to back different party in fall», 09.05.2026; «Knesset expected to dissolve July 17», 05.07.2026; «Government says no Oct. 7 inquiry before election», 22.07.2026; «Haredi turnout high in Likud primary», 18.08.2026; «Arab-majority Hadash-Ta'al and Balad parties agree on joint run», 19.08.2026; «Launching campaign, new Haredi party slams detachment», 23.08.2026; «Lagging in polls, Netanyahu warns voting for small right-wing parties», 25.08.2026; «Ben Gvir rejects PM's demand to merge with Smotrich», 28.08.2026.

Times of Israel: «United Torah Judaism quits govt to protest new proposal on army enlistment exemptions», 14.07.2025; JNS, «Shas party follows United Torah Judaism out of Netanyahu government», 16.07.2025.

Jerusalem Post, сообщение об опросе 12-го канала, 28.07.2026; The Forward, «Who is Gadi Eisenkot», 19.06.2026; Walla, сообщение об опросе «Лазар», конец июля 2026 года.

Task Force on Arab Citizens of Israel, публикации от 11.02.2026 и 12.08.2026.

Этот документ подготовлен Polimeter — «Голосуем с умом». Он опирается исключительно на открытые источники, не выражает поддержки какой-либо партии, кандидата или сектора и не является рекомендацией какого бы то ни было рода. Нашли ошибку? Считаете, что что-то нужно исправить? Напишите нам: support@polimeter.co.il